Танк-шарж 5

«Приключения студентов МИСиС на военных сборах. Часть V» — продолжение рассказа о службе студентов на военных сборах в танковой дивизии в городе Калинине.

Первую часть рассказа читайте здесь: Часть I
Вторую часть рассказа читайте здесь: Часть II
Третью часть рассказа читайте здесь: Часть III
Четвертую часть рассказа читайте здесь: Часть IV

Снова про караул и Диму Б.

Рассказ под названием «Военные лагеря. Случай в карауле» был опубликован ранее, но я хотел собрать все разрозненные рассказы о приключениях студентов МИСиС на военных сборах  в одном месте, поэтому публикую его и здесь.

Как я уже говорил, в военных лагерях мы несли все тяготы и лишения военной службы. И одной из «тягот» была караульная служба и дежурства, например, в столовой. В одну из ночей я попал в караул на склад ГСМ (горюче смазочные материалы) разводящим и был этому несказанно рад, так как мне совсем не хотелось вечером мыть противный, грязный, скользкий от пролитого киселя пол в столовой и такие же столы. А караул – совсем другое дело: вдалеке от начальства, воздух, природа, пусть и за колючей проволокой!

Итак: зима, снег, ночь, скудное освещение, подземный склад ГСМ. Караулка, квадратная территория, две вышки по углам напротив караульного помещения. На часового зимой одето много всего: все обмундирование, ватные штаны, шинель, валенки, огромный тулуп с огромным воротником. А сверху еще и автомат, ремень которого ослаблен до отказа. И вот такие два неповоротливых колобка ходят полукругом по периметру, один слева от своей вышки до караулки, другой справа.

Караул

Расскажу про Диму, который ходил справа.

В назначенный час приезжает караульная машина и из нее выпрыгивают две здоровенные собаки и с ними их хозяин-кинолог. Как оказалось, наши отцы-командиры решили этих собак привязать с внешней части периметра со стороны караульных вышек, а проход туда идет только изнутри.

Мистика

И вот мы идем к правой вышке. Впереди кинолог с собаками за ним я — разводящий, а за мной лейтенант — начальник караула. Тут кинолог мне и говорит: «Послушай, иди ка ты впереди, а то твой боец еще пристрелит меня ненароком».

Ладно, пошел я впереди. Димка меня увидел и как заорет: «Стой, кто идет?». Я даже испугался…

Нет, он поступил правильно, по уставу. Но тут ночь, белый снег, тишина. Чего спрашивается орать-то. Опять действуя по уставу, он подозвал меня к себе. Все остальные остановились неподалеку. Я подошел и говорю Димке, что так мол и так, приказано привязать собак за забором и чтобы пропустил кинолога с собаками.

Димка мне: «Да пусть привязывают кого хотят, куда хотят…». Развернулся и побрел к вышке. И тут кинолог спустил собак. Я-то их видел, так как уже шел назад, но их не видел Дима. От страха я прижался к колючей проволоке, и эти волкодавы пронеслись мимо меня. И тут Дима обернулся, и я увидел его ошалелые глаза. Дальше произошло какое-то смещение во времени. Только что он стоял недалеко от меня, как вдруг он уже стоит на вышке, свесив голову вниз, и смотрит, как эти два волкодава лают и прыгают на нижние ступеньки вышки.

Караул на вышке

Хорошо, что солдат-кинолог уж очень быстро укатил восвояси, а то я не знаю, чтобы мы ему за это было.

Опять про караул и Васю С.

Караул на артиллерийских складах. Я — разводящий.

Заступили мы в 19-00, а часам к 21 вдруг на чёрной «Волге» с водилой приехал начальник военной кафедры института полковник Чередников. Начкар (начальник караула) отсутствовал по уважительной причине (сидел в одном месте — съел что-то не то). Я доложил обстановку.

«Пойдем, проверим караулы»,- сказал полковник. Я ему: «Товарищ полковник, через пять минут поведу смену, пойдёмте вместе». Я это не просто так сказал: стоял мороз градусов 25, ребята будут ожидать смены лишний час — удовольствие ниже среднего. А посиди полковник в караулке минут пять, ничего бы с ним не случилось. В общем, нормальные рассуждения нормального шпака.

Полковник посмотрел на меня с брезгливым изумлением типа «эта чой-то стул заговорил?».

И, как писал товарищ Маяковский «не повернув головы кочан и чувств никаких не изведав», полковник Чередников один прошествовал на территорию поста. Видимо, он нисколько не сомневался, что я на полусогнутых ногах брошусь его догонять. А я посмотрел только, куда он повернёт: налево или направо. Налево стоял узбек Нойчик С., и там могли быть проблемы. Но полковник повернул направо, в нежные объятия Васи С., «отличника боевой и политической», знатока уставов. А минут через семь тронулись и мы со сменой.

Честно говоря, пожалел я полковника, сразу к Васе повернул. Всё как я и ожидал: лежит наш начальник на снегу, а в четырех шагах стоит Вася с наведенным на начальника автоматом.

Человек в сугробе

Далее между нами следует обычный диалог:

– Стой, кто идёт?
– Разводящий со сменой!
– Разводящий ко мне, остальные на месте! Осветить лицо! Товарищ сержант, при попытке проникнуть на территорию поста задержан неизвестный!

Поворачиваюсь к уже поднявшемуся полковнику:
– Что же вы, товарищ полковник, на территорию поста без разводящего?

На этот раз начальник выдал несколько слов, но привести их здесь я не могу. Пока меняли Васю, слышим, как уехала чёрная «Волга». Начкару мы ничего не сказали.

Василий комплексовал страшно: «Со сборов выгонят, диплома лишат!».

Через день, на утреннем построении вдруг нарисовался полковник Чередников (ни до, ни после на построение старше майора никто не приходил). Скомандовал Васе выйти из строя и, потрясая кулаком, произнёс короткую, эмоциональную, но весьма деловую речь:

«Вчера этот (нецензурно) заставил меня лечь в снег и продержал в сугробе чуть ли не час!»,- Полковник встал по стойке «смирно»,- «За образцовое несение службы в карауле объявляю курсанту С. благодарность с занесением в личное дело!».

Масло МТ-16п и майор П.

Преподаватель на военной кафедре МИСиС майор П. (фамилию из-за дальнейших событий не озвучиваю) подружился с прапорщиком Недорезанюком, которого вы уже знаете из предыдущих рассказов.

Учебный класс на военной кафедре

И вот сидим мы на занятии по матчасти танка. В нужное время бодрым шагом в класс входит майор П. Дежурный рапортует о готовности, майор командует сесть и переходит к лекции:

— Тема сегодняшнего занятия: танковые масла. Основное танковое масло марки МТ-16П применяется в следующих системах…

В это время приоткрывается дверь вспомогательного помещения, где хранятся всякие показательные предметы. Из-за двери высовывается голова прапорщика Недорезанюка:
— Товарищ майор, вас к телефону.
— Извините, товарищи курсанты, — и майор скрывается в подсобке.

Я в непонятках: откуда в подсобке телефон? Там его не должно быть. Единственный городской телефон стоит в приёмной командира полка.

Но в это время товарищ майор выходит из подсобки и, слегка откашливаясь:
— На чём я остановился? Масло МТ-16П применяется в системе смазки двигателя. В системе…

Но тут снова приоткрывается дверь подсобки:
— Товарищ майор, вас к телефону.
— Извините, товарищи студенты…

На этот раз его не было уже минут пять и вышел он, слегка покачиваясь:
— На чём я остановился? Дежурный!?
— Танковое масло МТ-16П, система смазки.
— Ах да! Танковое масло МТ-16П применяется в системах…

Снова голова Недорезанюка в дверях:
— Товарищ майор, вас к телефону…
Не говоря ни слова, майор скрывается в подсобке.

Появляется минут через десять, держась за стенку, и произносит:
— Массло М… М-т там… А ну вас на хрен, меня к телефону!
И скрывается в подсобке.

Появляется почти трезвый Недорезанюк и командует:
— Всем в казарму! Товарищ майор устал и немного отдохнёт…

Продолжение следует.